тебя-то как?

— Да был у меня тут один. Приезжал из города постоянно скупать по дворам молоко с мясом. Зашел как-то раз к нам, слово за слово. познакомились. Встречались несколько раз, думала — ну вот, неужели судьба мне счастье подарила? А как завела разговор о семейной жизни, так и пропал. С тех пор ни разу не видела его у нас в селе.

Ближе к вечеру, моя мама и тетя Галя уже успели рассказать друг-другу все последние и не очень новости, поплакаться на неудачную бабскую судьбу, обменяться самым наболевшим и поделиться кажется всем, что случилось за то время, пока они друг-друга не видели. Было видно, что они изрядно захмелели, и вот-вот готовы начать петь песни, пуская слезу. Но тут мама вдруг взбодрилась

— Галь, слушай, а хочешь, я баньку запарю? Давно в настоящей деревенской баньке не парилась наверное?

Тетя Галя подумав несколько секунд хмыкнула и согласилась с удовольствием. Мама позвала меня и попросила сходить на улицу затопить банную печь, а как будет готова позвать их. Я сделав вид, что эта работа мне немного в тягость обулся и пошел в одиноко стоящей бане, построенной еще отцом в глубине двора, разводить огонь. Однако в душе у меня все буквально пело — я задумал план, как подсмотреть за ними, пользуясь тем, что они притупили свою бдительность алкоголем.

До этого сколько раз я не пытался, у меня не получалось увидеть что-либо интересного в тот момент, когда мама ходила купаться. Обычно она первым делом старательно занавешивала окна, и увидеть сквозь шторки можно было максимум силуэт и не более того. Поэтому, обломавшись несколько раз, я почти полностью утратил надежду когда-либо воспользоваться небольшим окошком, сделанным в парной и выходящим в огород. Разведя огонь и подкинув дров, я взял лежащую на подоконнике булавку и прицепил нижний край занавески так, что он оказался немного загнутым в сторону стекла, оставляя небольшой треугольник края окна открытым даже в задернутом состоянии. Если не приглядываться, то создавалось впечатление, что занавеска в нижней части просто немного зацепилась за раму окна. Затем несколько раз открыв и закрыв занавеску, я удостоверился, что все получается как надо, оставив их открытыми, пошел заниматься тем, зачем меня сюда и направили. Налив из бака горячей воды в стоявшую на полу чашку, я положил в него запариваться веник (мы всегда заранее готовили их с мамой вместе) поставил чашку на скамью и пошел заниматься наведением порядка в предбаннике. Там, еще руками отца был сделан приставной столик, возле которого стояли два табурета. В углу на вешалке висели какие-то фуфайки, а под ней на полу лежало старое байковое одеяло, которое я использовал вместо кровати, когда приходил спать сюда особенно душными летними ночами. Наведя порядок и удостоверившись, что баня уже почти готова, я еще раз проверил занавеску. Должно было сработать.

Войдя в дом, я увидел, что мама и тетя Галя, пока меня не было убрали все со стола и успели переодеться в халаты. Рядом на стуле лежали свернутые простыни и полотенца.

«Ну как там? Готово уже? Нам можно идти?» — Спросила меня мама.

«Да идите вы в баню!» — Пошутил я в ответ и прошел в свою комнату, сделав вид, что собираюсь все ближайшее время провести за компьютером. Через несколько минут, две не совсем трезвые подруги, взяв с собой банные принадлежности и хлопнув на прощание дверью ушли.

Выждав еще немного для верности, я осторожно выскользнул на улицу и подкрался к окну. Как я и рассчитывал, шторки оказались задвинуты, НО!! В самом низу окна, там где я и рассчитывал, виднелся треугольник, светившийся ярче, чем все остальное окно. Стараясь не дышать, я осторожно подкрался к нему и боясь хоть как-то нарушить тишину медленно приблизил глаза к свету. В бане не было никого. Я даже опешил. А вдруг они передумали и сейчас выйдут обратно? Дверь находилась всего в нескольких метрах от окна и я бегло оглянулся посмотреть на варианты отступления в случае тревоги.

И в тот же момент краем глаза я заметил за занавеской движение. Я снова повернулся к окну. Дверь из предбанника открылась и вошла тетя Галя. От волнения у меня затряслись ноги и кажется задрожало все тело. Я впервые в жизни вживую увидел совершенно обнаженную женщину! Ее тело действительно было немного полнее, чем у мамы, но при этом оно выглядело настолько обворожительно, что я на мгновение

почувствовал, что мои ноги вот-вот подогнутся. У нее оказалась большая тяжелая грудь с большими розовыми сосками. Она тяжело колыхалась при каждом шаге, и в тот момент я поймал себя на мысли, что готов был бы отдать многое, что бы прикоснуться к ней рукой, попробовать ее на ощупь.

Низ живота у нее украшал аккуратненький треугольник подстриженных жестких волос, заканчивающийся выступающим лобком. Ноги были немного полноваты, но это только подчеркивало ее женственность и зрелость. Она прошла мимо окна и я на мгновение успел заметить в самом низу лобка ложбинку начинающихся половых губ. Никогда прежде, вживую, мне не доводилось видеть так близко от себя голую женщину. Бродя по Интернету, я конечно интересовался фотографиями женщин, но все это было жалким подобием по сравнению с реальной картиной, открывшейся мне в просвет окна за эти несколько секунд. Тетя Галя подошла к лавке, стоящей напротив окна, на которой стояли чашки, включая ту, в которой запаривался веник и ковш, после чего наклонилась над веником.

Было видно, что она наслаждается его ароматом. В тот момент, когда она наклонилась, ее большая грудь свободно повисла, и я смог по достоинству оценить ее размер. Но вид свободно висящей груди не шел ни в какое сравнение с тем, что тетя Галя, сама того не подозревая, выставила мне на обозрение. Великолепные полушария ее ягодиц, в нижней своей части открывали вид на гладкие, пухлые губы влагалища. При этом я видел ее промежность всю, от лобка, до того места, где большие губы заканчивались недалеко от дырочки ануса, приоткрывая продолговатую ложбинку входа во влагалище. Картина увиденного настолько возбудила меня, что казалось даже если сейчас откроется дверь и на улицу выйдет мама, я не смогу подняться, что бы убежать — мои ноги казалось, были ватными и мелко дрожали.

Однако открылась другая дверь — из предбанника, и в баню вошла мама. Я часто пытался подсмотреть за тем, что прячется у нее под одеждой, и даже однажды мне удалось увидеть небольшой темно — коричневый ореол соска, когда она занималась чем-то сидя за столом, и верхний край ее халата немного разъехался, приоткрывая грудь, поддерживаемую оттопырившемся лифчиком. Но

Как мы с мамкой на дачу ездили. Часть 1

Как мы с мамкой на дачу ездили. Часть 1

Инцест

Сколько же времени на данный момент? Рано — всего половина пятого. Надо бы продолжить сон, но мне просто не спится, хоть вчера и резались в карты до потери пульса, потом провожали соседей по купе, уж и не знаю, во сколько спать легли. Сейчас, кроме нас с мамкой, в купе и нет никого. Наверное, так до конца и будем с ней одни ехать. Так и раньше было. А, оно и лучше. Хоть тихо и то хорошо. А то, мужик храпел две ночи подряд, спать не давал никому. А с другой стороны — лучше храп, чем маленький ребёнок, особенно когда соберешься покушать, моментально пристраивается на горшок.

Надо бы поспать. Завтра тоже на выход. Сползать в туалет, да продолжить сон. Тихонечко сползаю с полки — не разбудить бы мамку — подо мной спит. Ничего себе! Разметалась на постели, одеяло сползло на пол. Спит на животе, юбка задралась. Белые в горошек трусики плотно обтягивают её упругую попку. Ни разу не видел мамку в трусах — всегда строго одета, я уж не говорю о душе — халат на все пуговки застёгнут. Да я и не пытался подглядывать, если по правде. Как — то в голову не приходило. Мамка и мамка. Ну и что? А тут такое. Глаза сами, помимо мозгов прилипли к её попке. Хорошая такая, круглая попочка, так и хочется потрогать. Прямо зуд, какой — то в руках. Стою, пялюсь, не могу решится, и не могу уйти — ноги к полу прилипли.

— Ма, ты спишь? Тишина. Спит. Была, не была. Рукой тихонько глажу её попку, готовый в любой момент улизнуть за дверь купе. Божечка ты моя — какая мягкая и какая гладкая. Трусики очень тонкой материи-даже видно ложбинку между половинками. Нырнуть бы рукой туда, где сходятся её пухленькие ножки, где кончается её попка и начинается… Не громко ли я дышу? Не разбудить бы только. Очень тёплая попка, очень. Хочется и второй рукой потрогать, обоими на обе половинки. Но все, всё. Прочь из купе. Трясёт всего. Член как лом упёрся в пупок. Не помню, как закрылся в туалете. Ничего себе. Мамку щупал. Раньше и мыслей таких в голове не рождалось. Все же мамка, да и училка в нашем классе по литературе.

Трясущимися руками еле вытащил сигарету из пачки. Ничего себе! Но здорово! Впервые щупаю взрослую женщину. Девчонок в классе щупал, но не было такой реакции на это. Я чуть было не кончил. Хорошо, хоть не проснулась, а то я даже и не знаю, что бы и было. Докурить по — быстрому, и на место. Вроде ничего и не случилось. Главное тихонько, прямо на цыпочках — не дай Бог разбудить. Боюсь идти. Ладно, пойду. Только бы дверь громко не скрипела.

— Это ты, чего не спишь? Вздрогнул от неожиданности. Проснулась!? Что сейчас начнётся?

— В туалет ходил.

— Закрывай плотней дверь, а то дует.

Со страхом бросаю взгляд на мамку. Лежит на спине, смотрит на меня каким — то туманным взглядом. Одеяло подняла, укрылась, но как-то не так. Правая коленка упёрлась в стенку купе, почти всё одеяло скомкалось на животе и… я снова вижу её трусики, только уже спереди! Выпирающий холмик между её ног так и магнитит мой взгляд. Гладкая, пухленькая ножка плавно переходит в плоский животик, и белые тугие трусики! Они меня сводят с ума. Но главное — холмик. Сквозь тонкую ткань просвечивают черные волосы, прямо магический чёрный треугольничек. Стою столбом и нагло смотрю прямо туда. Нет сил, отвести глаза.

— Ложись, чего копошишься.

Мухой влетаю на полку. Член рвёт трусы во всю свою мощь. Видела — не видела мой дыбом стоящий член? Ничего себе. Не могу больше терпеть. Устраиваюсь на полке и… начинается дрочка. И на кого дрочу? На свою же мамку. С ума сойти! Сколько мне от неё попадало, не сосчитать. Меньше от отца доставалось, чем от неё. Только бы не просекла мой вздыбившийся член, когда залезал. Я и раньше занимался дрочкой, но как — то не так, вяло что — ли. А тут бурное воображение и… дикое наслаждение.

Тугая струя спермы рванулась прямо на стенку вагона. Вздох облегчения и расслабуха разлилась по телу. Хорошо. Очень хочу увидеть голую мамку, совсем голую. С широко разведёнными ножками. Глянуть — спит или нет? Спит. Укрытая, одеялом до самого подбородка. Стук колёс и покачивание вагона вконец сморило, чувствую, проваливаюсь в сон.

Возвращение с севера
Не та дорога
За наше случайное знакомство!!!
Просто фантазия
Свинг

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *